Записки об уженье рыбы

Как только мы напились чаю, я стал просить отца, чтобы он показал мне уженье. Наконец мы пошли, и Евсеич с нами. Он уже вырубил несколько вязовых удилищ, поплавки сделали из толстого зелёного камыша, лесы привязали и стали удить с плоту, поверя словам башкирцев, что тут«ай- ай, больно хорошо берёт рыба». Евсеич приготовил мне самое лёгонькое удилище и навязал тонкую лесу с маленьким крючком; он насадил крошечный кусочек мятого хлеба, закинул удочку и дал мне удилище в правую руку, а за левую крепко держал меня отец; ту же минуту поплавок привстал и погрузился в воду. Евсеич закричал: «Тащи, тащи!..», — и я с большим трудом вытащил порядочную плотичку. Я весь дрожал, как в лихорадке, и совершенно не помнил себя от радости. Я схватил свою добычу обеими руками и побежал показать её матери; Евсеич провожал меня.